запряженный гнедой кобылой, вынес его из ворот усадьбы на
дорогу, ведущую к городу и порту.
Усадьба вновь словно замерла. Но вот задымили трубы кухонных
очагов, слуги вынесли из гостиной большой ковер и принялись
палками выбивать из него пыль. Дворня просыпалась. В доме одна
за другой открывались ставни. Вышла в сад черноглазая Доротея с
маленьким Чарли на руках и присела с ним на краю солнечной
лужайки.
Помощник садовника, высокий негр с обезображенным оспой лицом,
обошел оранжерею и, присев у задней стены, примыкавшей к
усадебной изгороди, закурил большую черную трубку.
С наслаждением затянувшись, он внимательно огляделся и
заметил, что прямо через луг к усадьбе пробирается человек в
одежде матроса. Негр перебрался через изгородь и поманил матроса
к себе. Они обменялись несколькими фразами. Матрос сжал в кулаке
монету, перешедшую из черной руки в белую, и, весело
посвистывая, пустился в обратный путь.
- Что вам нужно, Сэм? - спросила негра госпожа Райленд, когда
помощник садовника с осторожностью приблизился к окну ее
беседки. - Не Роджерс ли, наш вчерашний знакомый, появился снова
в Ченсфильде?
- Нет, приходил портовый матрос. Два часа назад бриг "Орион"
показался на горизонте. Сейчас он, вероятно, уже на бультонском
рейде.
Кровь отлила от лица молодой женщины. Комкая в руках кружевной
платочек, леди Райленд торопливо направилась к домику
управляющего поместьем.
Негр незаметно вернулся в оранжерею.


На океанском бриге "Орион" убирали паруса. Не входя в гавань,
судно бросило якорь на рейде, ожидая прибытия портовых
чиновников.
Гребной двенадцативесельный катер отвалил от причального пирса
и полетел к бригу. Три человека стояли на корме. Двое из них,
таможенные чиновники в морских мундирах, с трудом удерживали
равновесие. Третий, высокий горбоносый джентльмен в плаще,
накинутом поверх синего камзола, стоял неподвижно, пристально
вглядываясь в очертания корабля.
Катер подвалил к носовому трапу корабля. Матросы разом осушили
весла. На рейде стояла такая тишина, что было слышно, как падают
капли с поднятых над водою весел.
Три джентльмена, встреченные капитаном, поднялись на палубу,
блиставшую безупречной чистотой.
- Поздравляю вас, капитан Брентлей, с благополучным
возвращением на