и ее швыряло бы о стены
с такою же силой, как швыряло нас. Наконец, вцепившись в свою
подвесную койку, я кое-как забрался в нее и вскоре впал в
забытье.
Проснувшись, или, скорее, очнувшись, я услыхал бред мисс Эмили
и тихий голос сэра Фредрика. Шторм еще бушевал, хотя я проспал,
как оказалось, почти целые сутки. При свете дня океан казался
еще страшнее, чем ночью.
Шторм утих только к вечеру 20 апреля, и капитан "Бургундии"
пригласил нас к себе. Он учтиво осведомился, удобно ли наше
помещение, и расспросил о нашем звании, состоянии и целях
плавания. Вместе с капитаном мы вышли на палубу. Корвет
представлял собою жалкое зрелище: это был уже не корабль, а лишь
остов корабля, с обломками мачт, без рангоута
[рангоут - совокупность всех деревянных приспособлений для крепления
к ним посредством такелажа парусной оснастки корабля; к рангоуту
относятся: мачты, стеньги, реи и т.д.], без единой
шлюпки. Для облегчения судна капитану пришлось пожертвовать
несколькими пушками.
Французский моряк объяснил, что корвет способен лишь с трудом
двигаться по курсу. Капитан намеревался достичь побережья Африки
или Мадагаскара с помощью запасного паруса и мачты, которую
можно собрать из обломков. Он дал нам понять, что мы получим
свободу лишь после внесения нашими родственниками довольно
значительной выкупной суммы. Он предупредил нас также о
недостатке запасов продовольствия на корвете.
Положение наше чрезвычайно тяжелое. Единственная надежда - это
бесконечное милосердие всевышнего!
Вернувшись в каюту, мы застали мисс Эмили в прежнем состоянии.
Она в бреду звала сэра Фредрика, не узнавая его самого.
По-прежнему он занял место сиделки у ее ложа. Корабельный врач
нашел у мисс Гарди горячку, дал ей лекарство и обещал навещать.
Однако добрый медик не заметил, что на лице у нее появились
красные пятна и зловещая сыпь.


Борт "Бургундии", 26 апреля.
Нам предоставлено право свободно передвигаться по всему судну.
Матросы соорудили подобие двух мачт и поставили кливер и грот.
Судно даже при свежем ветре делает не более четырех узлов. Нас
кормят отвратительной бурдой из подмоченного риса. Запаса
пресной воды должно хватить на десять-двенадцать суток.
Дисциплина среди команды заметно падает. Но самое страшное - это
болезнь мисс Гарди.