предоставив документ в мое
распоряжение, разрешил его огласку в тех пределах, какие я сам
счел бы уместными.
С этими словами королевский адвокат направился в свой кабинет
и вернулся с тетрадью, переплетенной в коричневую тисненую кожу.
Надев очки, старый джентльмен приступил к чтению.

"Возлюбленной моей дочери Мери от ее отца, Томаса Мортона,
атерни [член английской корпорации юристов]
калькуттской нотариальной конторы "Ноэль-Абрагамс и
Мохандас Маджарами".
Моя дорогая дочь!
Тетрадь эта содержит подлинные путевые записки, начатые мною в
Калькутте и оконченные в Бультоне сего декабря 20-го дня года
1768-го. С неустанной мыслью о тебе и горячими молитвами о
ниспослании мне радости скорее обнять мою любимую дочь приступал
я перед отъездом к этим запискам и потом продолжал их в пути,
глотая слезы отчаяния и горя. Сохрани эту тетрадь, где
запечатлены обстоятельства гибели нашего судна, а также
подробности нашего пленения и спасения. Волею всевышнего лишь я
и два моих спутника пережили эти грозные события. Имена же
бесчисленных погибших - ты, господи, веси! In sanct martyris
sanguis - est salus tuus, Britfnnia! ["В крови святых мучеников -
суть спасение твое, Британия!" (лат.)]
Томас Мортин, солиситор [низшее юридическое звание в старой Англии].


Калькутта, 19 февраля 1768 года.
Решение мое оставить Калькутту и переехать навсегда в Европу
побудило моих шефов, мистера Заломона Ноэль-Абрагамса и
мистера Маджарами, поручить мне два дела в Англии, по
исполнении которых я могу считать себя свободным от службы и
жить уже без деловых забот на свои сбережения и небольшую
пенсию. Я горячо надеюсь найти себе кров в родном Портсмуте,
оставленном мною ровно сорок лет назад, когда я был
десятилетним мальчиком. Там, в Портсмуте, ждет меня дочь Мери,
отправленная в Англию двенадцать лет назад, когда я лишился
своей незабвенной супруги, племянницы мистера Маджарами.
Оба порученных мне дела связаны с конторой "Уильям Томпсон и
сын" в Бультоне, имеющей репутацию одной из самых солидных
юридических контор в метрополии.
Первое поручение касается введения в наследство эсквайра
Фредрика Джонатана Райленда, клиента нашей калькуттской
конторы.
Дальние предки мистера Райленда были выходцами из
Нидерландов, состоя