- это действительно мисс Гарди. На мостике я
узнаю капитана Брентлея, а рядом с ним красуется мой дорогой
помощник синьор Джакомо Грелли! Осторожнее, он глядит сейчас в
нашу сторону. Эй, Педро!
- Я здесь, капитан Бернардито!
- Не дыми своей трубкой. Стой за деревом не шевелясь. Такой
верзила виден дальше, чем Эддистонский маяк, а у Леопарда острое
зрение. Об одном я жалею, мистер Фред: зачем вы помешали доброму
Педро снять его пулей с капитанского мостика! Педро -
великолепный стрелок, и он держал Леопарда на мушке минут
десять, пока судно проходило самым узким местом пролива. Если бы
вы не остановили его руку, у виконта Ченсфильда сейчас не было
бы двойника!
- Убийство из-за угла - разбойничий прием борьбы, Бернардито!
Как ни бесчестны поступки Грелли, он все же сохранил мне жизнь,
когда она целиком была в его руках, - сказал первый охотник,
вновь приникнув к окуляру трубы.
- Этим вы всецело обязаны мужеству мисс Гарди, а не
великодушию Грелли. Вы еще видите ее на палубе?
- Да, она стоит на прежнем месте и, кажется, смотрит сюда.
Милая! Она, должно быть, встревожена нашим молчанием. А я даже
не могу подать знак и успокоить ее!
- Заметное белое платье надето нарочно для вас, мистер Фред.
Ах, счастливец, скоро вы прижмете к сердцу свою бесстрашную
подругу!
- Удалось ли ей устоять, Бернардито, выдержать борьбу до
конца? Пятый год она в его руках. Сколько пришлось ей вытерпеть!
Лишь бы только судьбам нашим суждено было соединиться!
- Мистер Фред, а ведь присутствие нашей леди на борту отчасти
разрешает сомнения. Леопард не взял бы ее с собою, если бы
намеревался попросту уничтожить вас. Значит, он прибыл для
переговоров. Он, конечно, не догадывается, кто делит с вами
одиночество на острове, иначе держался бы поосторожнее.
- Бернардито, я больше не вижу белого платья. В трубе уже
все сливается. Проклятая темень!
- Зато мы можем выбраться из кустов! Слышите? С борта
спустили шлюпку. Кажется, наступают решительные события.
Начинался прилив. Волны накатывали на светлую полосу песка,
превратившуюся в узенькую каемку на границе между лесом и водами
бухты.
Три островитянина, осторожно раздвигая сучья, вышли из
кустарника. На его темном фоне они по-прежнему оставались
невидимыми с корабля.