и отходили в сторону. «Что ещё? - удивлялся Ацуи. - Неужели они собираются атаковать нас?» Он посмотрел на белые знамена на вершине холма. Никакого движения воинов Муратомо по-прежнему не видно.
- Есть ли у вас сто воинов достаточно смелых, чтобы противостоять сотне наших воинов в главном сражении? - крикнул самурай Муратомо.
«Теперь я должен присоединиться», - подумал Ацуи. Он вновь вместе с Исороку стал подниматься по Тонамияме, Ацуи надеялся, что в этот раз дядя не остановит его.
Нотаро нигде не было видно, Ацуи надел шлем и сел на лошадь. Исороку на гнедой лошади находился возле него. Ацуи отпустил повод лошади, и два юных самурая стали спускаться по склону холма.
Начальник Такаши, знавший Ацуи, кивком головы указал ему место в линии всадников. Муратомо образовали линию на другой стороне луга. Расстояние до них было слишком большим, чтобы можно было разглядеть их лица.
Последовало длительное молчание. Ацуи услышал сигнал, возникший среди сосен. Затем с дальнего края луга раздался мощный крик:
- Муратомо-о!
Самурай, державший белое знамя в левой руке, а правой сжимавший меч, направился к Такаши. Сразу же за знаменосцем образовалась линия самураев Муратомо, следовавших за ним.
- Такаши! - крикнул самурай, командовавший их отрядом, Ацуи вытащил Когарасу из позолоченных ножен и пришпорил серую лошадь, пустив её в галоп. Посмотрев направо, он увидел, что Исороку скакал рядом с ним.
Сердце Ацуи словно поднялось к горлу. Воин с темным лицом и густыми усами направлялся к нему. Не думая, Ацуи поднял Когарасу, чтобы отразить удар врага и проехать мимо. Теперь он уже был на другой стороне луга, на которой не было воинов, за исключением некоторых пеших зрителей.
Он повернул лошадь и увидел воина, одетого в белое кимоно, сражающегося с самураем Такаши и находящегося спиной к Ацуи. Можно ли напасть на него сзади, или необходимо предупредить его перед тем, как атаковать? Наконец он решил, что самурай сам должен позаботиться о безопасности. Он пришпорил серую, нацелив острие Когарасу сзади в видневшуюся из-под шлема самурая шею. Меч ткнулся во что-то твердое и соскользнул. Ацуи считал, что там не было брони. Самурай развернулся в седле, нанося удар мечом по груди Ацуи. Юноша отпрянул назад так резко, что его лошадь встала на дыбы.
- Прочь! Он мой! - рявкнул самурай