Дзебу, - иначе вы окажетесь в еще более дурацком положении.
- Уйди с дороги, или ты умрешь раньше, чем он!
- Пожалуйста, уберите свой меч, господин.
Танико ужаснулась. Дзебу был безоружен. Его могут разрубить у неё на глазах!
Размахнувшись мечом, стражник нанес удар в направлении Дзебу. Казалось, что последний сделал незаметное движение, и лезвие меча проткнуло воздух, потянув за собой самурая. Дзебу быстро изменил позицию, оказавшись вновь между Моко и самураем. Стражник сделал выпад в направлении ног Дзебу, и монах высоко подпрыгнул. Теперь уже самурай забыл про Моко, и его единственной целью было убить монаха. Дзебу подбежал к горам коробок и ударил ногой, посылая их в стражника, преследовавшего его, который был завален ими. Затем он поднялся и вновь двинулся за Дзебу.
Легко уклоняясь и увертываясь от меча, Дзебу вел самурая назад, через двор, к высокой деревянной стене. Стражник опустил меч свирепым ударом. Меч ударил в тяжелые деревянные ворота, воин с остервенением пытался вытянуть меч из дерева, когда Дзебу в развевающемся кимоно внезапно налетел на него, как сокол на кролика, и поднял беднягу, оставив меч торчать в воротах. Дзебу взметнул самурая в воздух и подвесил его за одежду к металлическому крюку для подвешивания фонаря в ночное время. Затем он вытащил короткий меч самурая из ножен и положил его на землю, после чего вытащил из ворот длинный меч и положил его поперек короткого. Поклонившись стражнику, бешено извивавшемуся в попытках освободиться, Дзебу повернулся и пошел прочь. Все придворные разразились хохотом. Гордясь триумфом невооруженного Дзебу над вооружённым самураем, Танико от радости захлопала в ладоши.
- Танико!
На верхней ступеньке лестницы, ведущей в башню, стоял ее дядя Риуичи. Её сердце подпрыгнуло в груди от радостной неожиданности. Танико удивилась тому, что он находился здесь, а не в Хэйан Кё. Затем с чувством разочарования она вспомнила, как обвинила его в предательстве и гордо покинула его дом семь лет назад. Однако теперь Танико была рада видеть его.
За это время Риуичи раздался вширь. Его глаза и рот казались крошечными на белом лице. Напудренный и раскрашенный, как придворный, он был одет в пышный халат, сверкавший золотыми нитками. Танико поклонилась ему:
- Достойный дядюшка! Я вернулась из Китая…
Поражённый, Риуичи