не меня, своего официального начальника. Она не может не оказать плохого влияния на него.
Позади ширмы Танико усмехнулась.
- Наша маленькая Танико - смышлёная, проницательная дама с сильной волей, - сказал Риуичи. - Более того, она очень религиозна.
- Её воля не сильная, а упрямая, - огрызнулся Бокуден. - С самого детства она была непослушной. Она слишком взрослая, проницательная? Да, она провела годы среди монголов. Только богам известно, сколько тайных связей она может иметь с ними. Будучи религиозной, она придерживается той иностранной секты дзен, чьи доктрины звучат как бред сумасшедшего. Если она так религиозна, позвольте ей уйти в женский монастырь, где она может принести меньше вреда.
Голос Мунетоки дрожал от гнева:
- Я имею честь быть учителем молодого сегуна в военном деле.
Риуичи говорил с несвойственной ему строгостью:
- Мунетоки, успокойся. Я запрещаю тебе противоречить твоему дяде, главе нашего клана и действительному главе бакуфу. Ты забываешься. Извинись перед господином Бокуденом!
Повисла продолжительная тишина. Когда Мунетоки заговорил снова, это был твёрдый голос, который, как знала Танико, был результатом строгой самодисциплины.
- Пожалуйста, прими мои извинения, дорогой дядя, - сказал он. - Мне стыдно.
- Так-то лучше, - сказал Риуичи. - Ну а теперь, господин Бокуден, ты указал на некоторые ребяческие недостатки сегуна. Но кому иному можно было бы отдать ведомство с уверенностью?
- Есть сын моей старшей дочери, который женат на Ашикаге Фукудзи. Ашикага - ветвь Муратомо. Есть также сын моей второй дочери, который женат на дочери предводителя ветви Нагоя Муратомо. Со смертью Хидейори и Юкио, Нагоя Муратомо являются теперь старшей ветвью клана.
- Извини меня, дорогой братец, - сказал Риуичи, - но почему эти твои старшие сыновья являются более подходящими, чем Саметомо?
- Они Муратомо по крови, а не по усыновлению, - сказал Бокуден. - И они, и их матери послушны мне во всём.
- Конечно, - сказал Риуичи. - Однако есть много серьёзных замечаний к каждому из этих молодых людей. Например, Нагоя Муратомо сражался на стороне Такаши почти до конца Войны Драконов. И, сменяя сегуна на Ашикагу, мы должны вызвать зависть Вады и Миуры. Конечно, это приходило тебе в голову. У тебя есть другие кандидаты?
- Если так много возражений к любому кандидату,