созрела для этого, - сказал Хидехира. - Каждой провинцией управляет губернатор, назначенный Согамори, который вводит высокие налоги и сажает в тюрьму каждого, кто не в состоянии заплатить их. Землевладельцы отдают всё, что получают с поместий, оставляя крестьян без средств к существованию. Каждое должностное лицо, назначенное Такаши, злоупотребляет своей властью. Говорят, Согамори однажды заявил, что каждый, кто не входит в клан Такаши, не является человеком. Более соответствовало бы истине высказывание, что каждый мужчина клана Такаши - тиран, убийца и вор. Люди устали от всего, что творится. Никто не остаётся в стороне. Северные Фудзивара всегда ненавидели Такаши. Теперь все ненавидят их! Мой сын Ерубуцу скоро вернется из торговой поездки в Майдзуру, находящийся недалеко от столицы. Мы узнаем от него много новостей.
- Будем надеяться, что армия Такаши не придет сюда по его следам, - заметил Дзебу.
- Такаши не в состоянии двигаться так быстро, - отозвался Юкио. - Но я был бы рад их прибытию. Если бы они пришли сюда, я бы показал вам искусство ведения войны, господин Хидехира. Оставшиеся в живых воины Такаши бежали бы без оглядки!
- Хидехира воображает себя великим господином, потому что владеет крепостью, расположенной на холме, где никто не беспокоит его, - сказала Танико. - На самом деле это отсталый и невежественный человек.
Они лежали в домике для гостей крепости Фудзивара. Её руки покоились на крепких мускулах груди Дзебу.
- У него не было никакого желания отвечать на простой вопрос, потому что его задала женщина.
- Ты хотела бы вновь оказаться среди монголов? В темноте Дзебу невозможно было отличить от мужчины, который обнимал её много лет назад на холме Хигаши. Его тело было таким же крепким и гибким, а голос - ровным и спокойным, скрывающим мощь. В курс обучения зиндзя входило изучение такого большого количества любовных поз, что, как ей казалось, они не применяли одну и ту же позу дважды со времени воссоединения их союза у Хан-Балига.
- Я бы предпочла, чтобы мой народ сделал одно-два существенных изменения в своих традициях, - ответила Танико. - Я провела слишком много лет своей жизни, подавая блюда и не принимая участия в беседах мужчин, хотя мои мысли были гораздо интереснее, чем у беседовавших мудрецов.
- Вот почему мужчины не позволяют