что зиндзя скопили огромные богатства в нескольких разбросанных по островам храмах. Но Бокуден, несомненно, был слишком труслив, чтобы что-то предпринять против зиндзя. Он не мог не знать, что оскорбившие когда-либо Орден долго не жили. С кажущейся небрежностью Дзебу коснулся знака ивы на груди. Бокуден посмотрел ему в глаза и судорожно сглотнул.
- Вооруженные монахи - чума для страны! - пробормотал он.
- Но иногда они могут быть полезны, мой господин, - сказал Дзебу. - Если что-либо случится с вашей дочерью, я, безусловно, умру. Потому что любому, кто попытается причинить ей вред, сначала придется убить меня.
- Надеюсь, поступки твои будут соответствовать смелым словам, монах. Ты проведешь двадцать дней пути с моей дочерью, сопровождать которую буду! всего две служанки. Хотя ты выглядишь странно, ты молод и подвержен соблазнам молодых. Какая у меня есть гарантия, что моя Танико прибудет в Хэйан Кё, - Бокуден замялся, - нетронутой?
- Вы сами лучшая гарантия этого, господин Бокуден.
Бокуден нахмурился и нервно подергал себя за ус:
- Что это значит?
- Господин Бокуден вряд ли воспитал бы дочь настолько глупой, чтобы она отдала свою девственность бедному монаху накануне своей свадьбы с князем императорского двора.
- Возможно, ты слишком умен, монах. Теперь ступай. Слуга покажет, где ты сможешь поесть и поспать.

Дзебу смеялся про себя, следуя за слугой по внутреннему двору.
Дзебу проснулся задолго до рассвета. Умылся в кадке с холодной водой и провел час сидя в углу двора и медитируя. Он очистил свой ум, считая выдохи от одного до десяти и начиная заново. Когда над бамбуковым забором, ограждающим владения Шимы, появился край солнца, Дзебу встал и начал упражнения, ряд переходов из одного положения в другое, которые выглядели со стороны, энергичным, сложным танцем. Затем он обнажил меч и сделал несколько упражнений с ним.
Сейчас он уже слышал звуки просыпающегося двора. Слуга в сером плаще провел его в конюшню и показал коня, выбранного для него Бокуденом. Дзебу тщательно осмотрел его. Это был гнедой жеребец, не отличающийся ничем выдающимся, уже переживший свои лучшие времена, но серьезных дефектов у него не было. Звали его Алтей. Дзебу должен будет вернуть его в городской дом Шимы в Хэйан Кё. Выбор именно Алтея также указывал на скупость Шимы.
Начали