когда брат императора поднял бунт, стремясь завладеть престолом. Глава клана Муратомо выступил в защиту претендента, создав цитадель во дворце Хэйан Кё и призывая к себе подкрепление.
Один из видных членов семейства Муратомо сохранил преданность занимающему трон Сыну Небес. Это был Домей, начальник дворцовой стражи. Он принес клятву защищать императора и считал притязания мятежного брата незаконными. Домей был сыном главы клана Муратомо, таким образом, это решение ставило его в мучительное положение борьбы с собственным отцом.
Такаши также приняли сторону императора. Главой Такаши был Согамори, коварный, кровожадный и честолюбивый воин. Увидев, что большинство Муратомо поддерживают претендента, Согамори нашел в этом возможность разгромить враждебный клан, вступив с ним в войну. Таким образом, несчастный Домей вынужден был сражаться рядом с врагами своего клана. Домей был прославленным, смелым воином. Несмотря на затруднительность своего положения, он повел дворцовую стражу и временных союзников из клана Такаши в ночную атаку на цитадель мятежников. Он сжег ее дотла и захватил в плен собственного отца.
Победоносному императору теперь предстояло решить, что делать с главарями восстания. С момента воцарения на Священных Островах много веков назад мягких нравов, предписанных Буддой, свершилось всего несколько казней. Тем из мятежников, которые смогли пережить схватку, при нормальном ходе событий грозило, как худшее из наказаний, изгнание. Смертной казнью наказывались только простолюдины, и только в том случае, если они признавались виновными в убийстве или крупной краже. Сейчас же Согамори потряс столицу, потребовав смертной казни для всех захваченных главарей мятежников.
У Согамори был близкий к трону союзник, князь Сасаки-но Хоригава, советник императора. На императорском совете князь Хоригава настоял на смертной казни. В конце концов Сын Небес объявил о более чем семидесяти смертных казнях. Более того, он приказал Домею обезглавить своего отца, главу клана Муратомо.
В конечном счете другой родственник Муратомо вызвался произвести казнь, потом покончил с собой, вскрыв себе живот.
- Какая, должно быть, болезненная смерть, - сказал Дзебу. - Почему кто-то может совершить это над собой умышленно?
- Это новый обычай среди самураев, - сказал Тайтаро, - Они